Масюк Н.Н.
д.э.н., академик РАЕН, директор Института права и управления, профессор, зав. кафедрой Владивостокского государственного университета экономики и сервиса
Бушуева М.А.
к.э.н., советник РАЕН, доцент Ивановский филиала Российского государственного торгово-экономического университета 

Синергетический и мультипликативный эффекты в кластере

Влияние кластерного способа регионального развития на общую социально-экономическую ситуацию в регионе может быть определено через мультипликативный и синергетический эффекты. 
Результативность создания кластера можно оценивать через экономическую отдачу кластерных инвестиций, эффективность использования инноваций в кластере и т.п., но в любом случае подобные оценки непосредственно связаны с позитивными изменениями в экономике. Так, например, для депрессивных регионов, ориентированных на кластерный путь организации экономических отношений, в условиях ограниченного объема финансовых ресурсов вопрос об эффективных направлениях их инвестирования становится определяющим.
Впервые понятие «мультипликатора» (лат. multiplicator - умножающий) было применено в 1931 г. английским экономистом Р.Ф. Каном, который исследовал зависимость между уровнем занятости (или величиной безработицы) и размерами инвестиций, что позволило ему найти подход к определению количественного соотношения между приростом чистых инвестиций и вызываемым им приростом совокупной занятости. С его точки зрения, инвестиции позволяют создать дополнительные рабочие места, после чего платежеспособный спрос населения повышается, вызывая дальнейший рост производства и способствуя занятости в целом по экономике. В последующем Дж. М. Кейнс определил выявленную Р.Ф.Каном зависимость как мультипликатор занятости и сформулировал теорию мультипликативных эффектов в экономике, предложив концепцию мультипликаторов доходов и инвестиций.
Суть эффекта мультипликатора, по Дж. Кейнсу, сформулирована следующим образом: мультипликатор К указывает, что прирост общей суммы инвестиций вызывает увеличение дохода на величину, которая в К раз больше, чем прирост инвестиций, т.е. мультипликатор инвестиций равен отношению приращения дохода к приращению инвестиций. При этом большинство экономистов склоняется к мысли, что расчеты инвестиционного мультипликатора имеют условный характер и зависят от многих факторов – доступности инвестиционных ресурсов, наличия свободной рабочей силы, неиспользованных мощностей и т.д. Кроме того, изучая эффект мультипликации, Дж. Кейнс указывал на необходимость увеличения расходов из государственного бюджета, в том числе и на общественные работы.
С кейнсианской моделью мультипликатора согласуется предложенная А. Афтальоном и Дж. М. Кларком теория акселерации, сущность которой заключается в том, что возросший доход населения, полученный в результате мультиплицирующего воздействия инвестиций, приводит к росту спроса на потребительские товары. Вследствие этого начинает увеличиваться их производство, развиваются соответствующие отрасли, что в свою очередь ведет к многократному росту спроса на товары производственного назначения. Таким образом, под принципом акселерации понимают процесс, показывающий, что спрос на инвестиции может быть вызван ростом продаж и дохода. 
В дальнейшем теорию мультипликатора развивали Р. Харрод, Э. Хансен, П. Самульсон, Дж. Хикс и др. Наиболее часто встречающийся в литературе способ расчета мультипликатора основан на сопоставлении статистических данных о том, насколько величина исследуемого экономического показателя изменяется в зависимости от динамики другого экономического показателя. При этом, задачи оценки влияния отраслевых инвестиций на все народное хозяйство в целом или региональных инвестиций на экономику региона возникают достаточно часто, например, при определении приоритетных направлений государственной (региональной) финансовой поддержки в условиях бюджетных ограничений.
Подобный подход, основанный на положениях теории мультипликаторов, можно применить и при исследовании эффективности функционирования кластерных образований, поскольку эффект мультипликатора появляется по мере активизации деловых связей в регионе, что является неотъемлемым признаком успешного кластера.
Налоги, формирующие региональные доходы, зависят от объемов реализации местных (региональных) товаров и услуг, поэтому способность региональной экономики производить конкурентоспособные товары и услуги, пользующиеся спросом не только в самом регионе, но и за его пределами, вызывает высокий уровень мультипликативного эффекта. Соответственно, возрастание импорта товаров из других регионов снижает эффект мультипликатора. На мультипликативный эффект оказывают влияние не только экономическое, но и географическое положение региона, определяющее степень его экономической замкнутости или открытости, а также развитость и устойчивость региональной экономики, которую во многом обеспечивают успешно функционирующие региональные кластеры. Также нельзя упускать из вида, что частично мультипликативный эффект будет определяться установившимися стандартами взаимодействия и уровнем доверия между участниками кластера.
Для поддержания конкурентного преимущества любой кластер должен постоянно стимулировать инвестиции в развитие стратегического потенциала своих участников, причем чем выше качество кластерообразующего продукта и чем оптимальнее произведенные затраты, тем выше совокупный доход участников кластера и тем выше, соответственно, эффект кластерных инвестиций. Эффект мультипликатора в кластере обоснован тем, что первичным результатом роста инвестиций становится увеличение дохода компаний-производителей кластерообразующей продукции, которое, в свою очередь, будучи распределено между факторами производства, ведет к дополнительным потребительским расходам. Это является вторичным эффектом, вызывающим прирост доходов предприятий, производящих потребительские товары, и т.д.
Кроме эффекта мультипликатора для основных участников кластера, ведущего к усилению их конкурентных преимуществ, повышению эффективности хозяйственной деятельности каждого участника и кластера в целом, мультипликативный эффект достигается и у предприятий смежных отраслей и сопутствующих производств, не производящих кластерообразующий продукт, но входящих в кластерную инфраструктуру, что обусловливается территориальной близостью этих предприятий с основными участниками кластера, ростом инвестиционной привлекательности пространства данного кластера, наличием кадрового потенциала, развитостью инновационных процессов и общей степенью экономического развития внутри кластера и др. Мультипликативный эффект такого рода называется вторичным. Он проявляется в распространении инноваций, развитии новых технологий и методов управления, интенсификации деловых связей, расширении деятельности, появлении дополнительных рабочих мест и увеличении доходов смежных и сопутствующих предприятий. Таким образом, привлечение инвестиций в кластеры обеспечивает мультипликативный эффект развития экономики всего региона.
В принципе, можно утверждать, что во всех случаях эффект, порождаемый расширением одной из отраслей, оказывает позитивное воздействие на общее состояние экономики региона, даже если речь идет не о функционирующем кластере, а об обычной концентрации промышленности. В то же время пользователей, в первую очередь, интересует эффект, который может быть получен в рамках взаимодействий, имеющих ясную экономическую интерпретацию. Поэтому кластеры, объединяющие фундаментальную науку, практические проектно-конструкторские разработки и высокотехнологические производства, создают условия для эффективного развития производства, содействуют внедрению новой техники и технологий, стимулируют возникновение и распространение инноваций, формируют благоприятный инвестиционный климат и предлагают выгодные производственно-технологические пакеты для инвестиционных вложений. 
Синергетический эффект от нахождения предприятий в кластере выражается в явных и неявных финансовых эффектах, которые появляются благодаря согласованию их экономических интересов. 
Основой синергетического эффекта в системах является оптимальное сочетание элементов, входящих в систему, эффективность их взаимодействия, а также качество элементов системы.
Возникновение синергетического эффекта в кластере зависит от множества факторов, среди которых количество участников кластера и численность занятых, наличие ресурсов, близость к потребителям, конкуренты, а также компании, поставляющие комплектующие, материалы и услуги для достижения эффекта агломерации. Не менее важную роль играют потоки информации, технологический прогресс, инновации, профессиональный уровень рабочей силы, потоки капитала и рабочей силы внутри кластера и вне его. Показателем синергии кластера и его конкурентоспособности считаются не столько индивидуальные характеристики компаний, входящих в кластер, сколько комплексная динамика его развития.
Синергетическая теория, получившая в дальнейшем широкое распространение, сформулирована в работе Р. Эггерсона. Суть ее заключается в том, что возникающая при интеграции фирм новая структура может использовать синергетический эффект, когда результат деятельности объединения фирм превосходит сумму результатов деятельности разрозненных фирм. В синергетической теории подразумевается, что менеджеры интегрирующихся компаний действуют в целях максимизации благосостояния акционеров, т. е. интеграция компаний будет осуществляться тогда и только тогда, когда она повысит благосостояние их собственников.
Наличие эффекта синергии и умение управлять этим эффектом создает специфическое конкурентное преимущество, которое реализуется на уровне предприятия в целом и которое, в конечном счете, проявляется на разных товарных рынках в снижении уровня издержек либо в приобретении продукцией уникальных свойств.
И. Ансофф определил экономический базис синергизма, т.е. возможность того, что результат совместных усилий нескольких бизнес-единиц превысит итоговый показатель их самостоятельной деятельности. Уравнение синергизма частично основано на экономических выгодах от эффекта масштаба. Например, возможно снижение издержек двух бизнес-единиц посредством повышения коэффициента загрузки некоего предприятия, использования общего персонала или объединения сбытовых усилий. Однако синергизм затрагивает и другие, более абстрактные выгоды, которые И. Ансофф называет управленческой синергией. Менеджеры могут использовать полученные в одной из бизнес-единиц опыт и знания в новой сфере деятельности. В том случае, если вслед за этим последуют более качественные управленческие решения, имеет место синергизм.
И. Ансофф выделяет 4 вида синергизма:
•	синергизм продаж – проявляется, когда фирма, реализуя несколько товаров, использует одни и те же каналы распределения, осуществляет управление продажами через один центр, использует одни складские помещения; 
•	оперативный синергизм - является результатом более эффективного использования основных и оборотных средств, рабочей силы, распределения накладных расходов и т.д.; 
•	инвестиционный синергизм - данный вид синергизма является следствием совместного использования производственных мощностей, общих запасов сырья, переноса расходов на НИОКР с одного продукта на другой, использования одного и того же оборудования и т.д. 
•	синергизм менеджмента - эффект синергизма менеджмента проявляется в момент разработки новых товаров или входа в новую отрасль. Менеджеры обнаруживают, что их опыт и знания, накопленные ранее, могут помочь в решении новых проблем, возникающих при входе фирмы в новую конкурентную среду. Компетентность руководства здесь выступает важнейшим источником конкурентного преимущества. Если в новой отрасли, проблемы, стоящие перед фирмой, имеют много общего с проблемами, стоящими ранее, предприятие может добиться значительного положительного эффекта синергизма. В то же время, эффект синергизма может быть низким, а также отрицательным, в случае, например, использования имеющихся мощностей для производства товаров, для которых они не предназначены.
Хироюки Итами (Hiroyuki Itami), профессор Университета Хитотсубаши, в своей книге «Mobilizing Invisible Assets» («Мобилизация невидимых активов») утверждает, что стратегия фирмы должна найти соответствия в пяти сферах: в трех внешних — потребители, конкуренты и технологии и двух внутренних — ресурсы и организация. Ученый поочередно рассматривает каждую из этих сфер, поднимая соответственно и проблемы стратегии. Целью стратега является достижение максимальной выгоды от использования ресурсов и создание адекватных ресурсов. То есть Х. Итами рассматривает синергизм как процесс повышения эффективности использования ресурсов. Он определяет два вида ресурсов: физические (материальные) активы (такие, как производственные мощности) и невидимые (нематериальные) активы. Под последними понимаются неосязаемые ресурсы, которыми могут быть марочное имя, знание потребителей, обладание технологиями, сильная, обеспечивающая высокую вовлеченность сотрудников, корпоративная культура. По мнению Х. Итами, подобные невидимые активы в силу своей уникальности — наилучший долгосрочный источник конкурентных преимуществ компании. Их нельзя приобрести за деньги, они могут использоваться и развиваться в различных подразделениях фирмы, они могут комбинироваться или использоваться в новых направлениях, обеспечивая рост компании.
Современные экономисты воспринимают синергию как эффект повышения результативности за счет использования взаимосвязи и взаимоусиления различных видов деятельности. В общем виде эффект синергии предлагается описать несколькими переменными:
- увеличение прибыли;
- снижение расходов компании;
- снижение потребности в инвестициях и ускорение изменений этих переменных.
Однако на практике количественно оценить эти переменные и их совместное влияние на позиции компании бывает достаточно сложно.
Хасанов Р.Х. считает, что важнейшими синергетическими эффектами кластера являются:
1)	эффект перетока знаний в кластере;
2)	эффект приращения денежного потока за счет сложения денежных потоков компаний, входящих в кластер;
3)	эффект совместного использования инфраструктурных объектов;
4)	эффект снижения транзакционных издержек. 
С нашей точки зрения, к перечисленным выше синергетическим эффектам кластера необходимо добавить синергию инвестиций и синергию инноваций.
Концепция неявного знания («tacit knowledge») была разработана венгерско-британским ученым Майклом Полани (Поланьи) в 50-е годы ХХ века. Согласно Полани, неявное знание — это набор личностных, некодифицированных знаний, вплетенных в искусство экспериментирования и теоретические навыки ученых (и технологов), которые передаются исключительно неформальными способами и в непосредственных человеческих контактах.
В долговременно существующем кластере процесс распространения, перетекания знаний происходит через поставщиков, потребителей, консультационные фирмы, бывших сотрудников и т.д., а также впитывается работниками при обучении, передается при личном общении, через социальные сети и т.п. 
Наличие неявного знания, которым обладают работники предприятий одного кластера, во многом определяет уровень полноценности передачи той или иной информации профессионального характера. Неявное знание, охватывающее личностный опыт, набор определенных фактов, навыки работы в конкретных условиях и т.п., является ключевым фактором, обеспечивающим распространение новых технологий и инноваций в кластере. При этом именно в условиях принадлежности к одному кластеру, уровень неявного знания сотрудников различных предприятий выравнивается, облегчая процесс приема-передачи новых идей, бизнес – процессов и технологий, которые в дальнейшем совершенствуются и передаются дальше, укрепляя таким образом конкурентные преимущества каждого участника кластера и увеличивая конкурентоспособность кластера в целом.
С другой стороны, мы считаем, что наличие неявного знания о тонкостях производственного, сбытового, организационно-управленческого и т.п. процессов позволяет участникам кластера в определенной мере защитить от конкурентов отдельные элементы своих ноу-хоу от копирования, т.е. укрепить свои конкурентные преимущества, сохраняя втайне значимые информационные аспекты новых технологий. 
Кластер оказывает существенное влияние на размеры притока и оттока денежных средств. Увеличение притока денежных средств связано с возрастанием совокупного спроса на продукцию в условиях существования кластера, с усложнением покупательских предпочтений, требующих совершенствования товаров и услуг. Рост конкурентоспособности кластерообразующей продукции ведет к значительному увеличению не только внутреннего спроса, но и спроса за пределами кластера (региона).
Снижение оттока денежных средств в кластере связано с ростом производительности входящих в него предприятий, снижением затрат на производство и реализацию продукции, снижением специфичности и повышением доступности различных ресурсов, в первую очередь, кадровых, ростом доступности и снижением стоимости специализированной информации, сокращением транзакционных издержек, уменьшением уровня делового риска и сокращением издержек на обеспечение безопасности ведения бизнеса, и, в целом, за счет повышения внутренней конкуренции, стимулирующей проведение в жизнь мероприятий по снижению затрат. 
Эффект синергии использования инфраструктуры кластера заключается во-первых, в снижении индивидуальных затрат на ее формирование для каждого отдельного участника кластера, а во-вторых, в сокращении издержек по ее дальнейшему обслуживанию и использованию. При этом речь идет об объектах транспортной, энергетической, инженерной, жилищной и социальной инфраструктуры развития кластера. Совместное использование участниками кластера логистической инфраструктуры, энергосистем, информационных сетей, маркетинговых разработок и т.п. позволяет получить услуги более высокого качества за меньшую цену. Также в силу территориальной близости повышается доступность контрагентов и снижаются транзакционные издержки, т.е. проявляются положительные синергетические эффекты территориальной агломерации. 
Синергетический эффект возникновения инноваций определяется высокой скоростью обмена информацией о потребностях и технологиях между предприятиями-участниками кластера, предприятиями смежных отраслей, научными центрами, проектно-конструкторскими организациями и предприятиями малого бизнеса, обычно выполняющими в кластере роль генераторов идей и первичных испытателей новых технологий.
Синергетический эффект привлечения инвестиций определяется самим фактом существования кластера как цельной экономической системы. Подтверждение существования кластера привлекает к его участникам внимание со стороны финансовых структур, позволяет получать помощь в выстраивании кредитной репутации, в распространении рекламы предприятия в рамках бренда кластера, привлекает в регион дополнительные ресурсы. Наличие кластера в регионе позволяет получать государственную финансовую поддержку в рамках программ кластерного и регионального развития, что ведет к дальнейшему развитию региональной экономики, стимулированию экономического роста и ускорению решения социальных проблем, особенно острых в депрессивных регионах.
Определение на практике синергетического эффекта в кластере не всегда оказывается возможным из-за сложности получения исходной информации. Однако в общем виде, комплексный эффект взаимодействия основных участников кластера, т.е. предприятий, производящих кластерообразующие виды продукции, должен превышать сумму эффектов от их индивидуальной деятельности в условиях отсутствия кластера.
Эффекту синергии в кластере способствует независимость его элементов (участников) друг от друга. Внутрикластерная конкуренция заставляет каждого отдельного участника кластера повышать собственные конкурентные преимущества, что приводит к устранению неэффективных форм функционирования. Каждый участник развивает свои сильные стороны, передавая слаборазвитые функции другим структурам, что обусловливает реализацию принципа взаимодополняемости участников кластера, также ведущего к росту синергетического эффекта. При этом, по мере развития и расширения кластера действие источников синергии, как правило, возрастает, поскольку совершенствуются структура и состав элементов кластера, активизируются деловые связи внутри него, совершенствуются формы взаимодействия участников кластера, расширяется спектр их деятельности и повышается ее эффективность, что в итоге приводит к усилению эффекта синергии в кластере.